Аннотация. Используя подходы исторической антропологии, автор представил научную реконструкцию патриотических деяний народного героя России Кузьмы Минина в период Смутного времени (1611—1616) и показал стремительное изменение его социального статуса — от простого торговца до одного из руководителей Второго земского ополчения и члена Боярской думы.
Summary. Using the historical anthropology approaches, the author presented the scientific reconstruction of the patriotic deeds of the people's hero of Russia KuzmaMinin during the Time of Troubles (1611-1616) and showed a rapid change in his social status – from a mere merchant to one of the leaders of the Second Zemsky militia and a member of the Boyar Duma.
ГЕРОИ И ПОДВИГИ
Перхавко Валерий Борисович— ведущий научный сотрудник Института российской истории РАН, кандидат исторических наук
(Москва.E-mail: perkhavko@gmail.com).
ВОЕННО-ОРГАНИЗАТОРСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ КУЗЬМЫ МИНИНА
Весной 1616 года, находясь вдали от Москвы, за Волгой, при неизвестных обстоятельствах скончался национальный герой России Кузьма Минин, посланный на усмирение народных волнений в Казанский уезд. Славным деяниям К. Минина и его боевого соратника князя Д.М. Пожарского на поприще спасения Отечества в течение всего лишь пяти неполных лет посвящены тем не менее многочисленные научные исследования и произведения художественной литературы1. Документальная биография выходца из нижних слоёв русского общества Минина, ставшего одним из руководителей Второго земского ополчения, охватывает небольшой период: с сентября 1611 по декабрь 1615 года. До этого он, будучи посадским жителем Нижнего Новгорода, промышлял торговлей мясом и рыбой. И мог ли нижегородский мясник, занимавшийся будничной работой на рынке и в домашнем хозяйстве, предугадать, что вскоре его жизнь кардинально изменится, и ему придётся возглавить новое земское ополчение и взять на себя заботы о судьбах всей России?! И, конечно, простой посадский человек средней руки даже не помышлял стать думным дворянином и участвовать вместе с родовитой аристократией в управлении Российским государством. Но бурные события Смутного времени, которые сегодня по праву именуются гражданской войной, изменили судьбу Минина.
В разгар Смуты, в начале июля 1610 года в Москве (после поражения русского войска от польской армии короля Сигизмунда III под Клушиным) заговорщики-бояре свергли царя В.И. Шуйского, утратившего социально-политическую опору в стране. Управление в ней перешло к Боярской думе (Семибоярщине), решившей пригласить на царский престол на определённых условиях сына Сигизмунда III польского королевича Владислава. В сентябре Москву занял польско-литовский гарнизон. Российско-польские переговоры под Смоленском, осаждённым армией Сигизмунда III, зашли в тупик. Отстоять Россию, её национальные интересы и культурно-историческую идентичность способно было лишь мощное народное движение.
В начале 1611 года в Рязанской земле началось формирование Первого земского ополчения во главе с думным дворянином, воеводой П.П. Ляпуновым. К его ополченческой дворянской рати готовы были присоединиться казачьи отряды под командованием Д.Т. Трубецкого и И.М. Заруцкого, ранее действовавшие на стороне Лжедмитрия II. Ещё до подхода Первого земского ополчения к Москве (март 1611 г.) там вспыхнуло народное восстание против иноземных интервентов. В нём наряду с рядовыми москвичами участвовал и воевода князь Д.М. Пожарский, ранее стойко оборонявший Зарайск, а теперь получивший ранение во время схватки с неприятелем рядом со своей московской усадьбой.
После того как интервенты жестоко подавили восстание, российскую столицу осадили дворянские и казачьи отряды Первого земского ополчения, сформировавшего в мае 1611 года правительство во главе с И.М. Заруцким, П.П. Ляпуновым и Д.Т. Трубецким. Однако вероломное убийство казаками Ляпунова 22 июля* 1611 года и уход дворянских отрядов значительно ослабили ополчение: 2,5 тыс. казаков, блокировавших польско-литовский столичный гарнизон, оказались не в состоянии освободить Москву и подготовить почву для избрания легитимного царя. Тем временем пал Смоленск, а в руках шведов оказались Новгородская земля и сам Великий Новгород. На провинциальной арене Смуты, в Иван-городе и Пскове, стал выступать ещё один самозванец — Лжедмитрий III. Сепаратистские тенденции проявились и в Казани. Польско-литовские и шведские интервенты, а также казачьи отряды грабили русских горожан и крестьян.
В условиях продолжавшейся гражданской войны, иноземной интервенции, социального брожения, наличия нескольких центров власти, анархии и хаоса спасти Российское государство от полного развала могла лишь патриотическая деятельность народных масс. Её нужно было как-то инициировать. В 1611 году патриарх Гермоген, находившийся в Московском Кремле под домашним арестом, стал рассылать по городам России грамоты с призывом подниматься на борьбу против интервентов, за сохранение православной веры. Подобного рода грамоты были также разосланы из Троице-Сергиева монастыря.
На призывы сразу откликнулись посадские общины Поволжья, отличавшиеся большей организованностью в сравнении с сельскими мирами. Горожане проживали компактно, и их легче было быстро собрать, к тому же численность населения уездного города намного превышала количество обитателей любого села и тем более деревни. Центром формирования нового земского ополчения стал Нижний Новгород. В нём согласно Пискарёвскому летописцу конца первой четверти XVII века «некий торговой человек от простых людей, имянемКозьма, прозвище Минин, смышлен и язычен… почал советовати с своею братьею с нижегородцы з гостьми и с торговыми людьми, и со всякими: како бы им пособити Московскому государьству»2. Использованное в этом источнике слово «некий» в отношении Минина подчёркивает тот факт, что до 1611—1612 гг. его имя было известно лишь узкому кругу нижегородцев, а писавшие позже авторы почти ничего не знали о его происхождении и социальном положении.
В Новом летописце (около 1635 г.), Ельнинском и Лобковском хронографах (XVII в.), Латухинской степенной книге (конец XVII в.) будущий герой почему-то именуется как «Козма Минин, рекомый Сухорук»3.Может быть, его перепутали с другим жившим тогда нижегородским посадским торговцем, носившим такое же имя? Двор «Кузьмы Захарьева сына Сухорука» (но не Минина!) впервые упоминается в Нижнем Новгороде в купчей 1602 года. В писцовой же книге 1621—1622 гг. зарегистрированы принадлежавшие его ближайшим родственникам Сухоруковым дворы и торговые помещения в Мясном и Соляном рядах города4. Однако нижегородец Кузьма Захарьевич Сухорук с Кузьмой Мининым не имеет ничего общего5. В.Н. Татищев (ознакомившийся с Новым летописцем) в «Истории Российской» называет одного из организаторов Второго ополчения Козьмой Сухоруковым либо Сухоруким6. Нижегородский историк А.Я. Садовский ещё в 1916 году доказал, что это разные люди, которых объединяет лишь общее имя. Тем не менее до сих пор по отношению к национальному герою России в научно-популярной, справочной и учебной литературе можно встретить неверные именования: «Кузьма Минич Захарьев-Сухорук», «Кузьма Захарович Минин», что не соответствует действительности, ведь отца Кузьмы Минина звали Миной, а не Захаром8.
Спорным остаётся лишь вопрос о наличии у него физического дефекта — сухорукости. Казалось бы, прозвище «Сухорук», использованное по отношению к Минину в вышеназванных источниках, не могло возникнуть на пустом месте. Вместе с тем непонятно, как человек с малоподвижной рукой (пусть даже левой) мог ворочать огромные мясные туши и рубить их топором, а в августе 1612 года возглавлять конную атаку во время сражения за Москву с польско-литовским войском гетмана Я.К. Ходкевича?
Составитель Полной редакции Нижегородского летописца (80-е гг. XVII в.) поместил весьма лаконичное известие о создании и действиях Второго земского ополчения: «В лето 7120-м году. В Нижнеи Новгород пришел князь Димитрий Михайлович Пожарской. И в Нижнем нижегородские жители всяких чинов выбрали нижегородца посацкого человека добра Козму Минина в полк ко князю Димитрию Пожарскому. И в Нижнем Новегороде они собрали ратных людей много. И с посацких людей они имали пятую денгу ратным людем на жалованье. И собрали ратных людей из Нижнего к Москве для очищения Московского царства от Литвы злых еретиков»9.
Имя Кузьмы Минина 17 раз упоминается при описании событий 1611—1612 гг. в «Повести о победах Московского государства» (полное название «Повесть известна о победах Московского государства»), написанной после 1625 года смоленским дворянином, участником Второго земского ополчения10. При этом автор, считавший хорошее денежное обеспечение дворянских отрядов (от 15 до 30 рублей) заслугой Минина, удостоил его самыми превосходными эпитетами: «доброприветный», «добролюбный муж», «благоразсудный», «добромысленный»11. Начинается же рассказ о создании ополчения со слов: «Бысть же 120(1612) году в Нижнем Нове граде некий муж благолюбив и добросмыслен зело, именем Козма Минин, от посацкаго чина земским старемнииством почтен бысть в Нижнем граде»12. Использованное здесь выражение «земским старемнииством» означало избрание Минина 1 сентября 1611 года земским старостой, о чём прямо сказано в «Книге о новоявленных чудесах Преподобного Сергия Радонежского» келаря Троице-Сергиева монастыря Симона Азарьина. По его словам, Минин был «ремеством же мясник», и «всем градом избраша его в земския старосты и предаша ему строение всего града, да исправляет и разсуждает земские росправы, яко же обычай есть»13.
В «Сказании Авраамия Палицына» повествуется, как в Нижнем Новгороде, «избравше всему воиньству начальника, стольника и воеводу князя Дмитрея Михайловича Пожарсково, к нему же избравшедляземские казны сбору ис посадских людей Козму Минина»14.
С 50-х годах XVI века ключевую роль в местном самоуправлении играли выбиравшиеся торгово-ремесленным населением из собственной среды земские старосты. Они и их помощники — земские целовальники чаще всего исполняли обязанности бесплатно и даже отвечали личным имуществом за выполнение жильцами их сотен или слобод разного рода государственных повинностей. Роль земских старост значительно возросла в условиях хаоса и наличия нескольких центров власти в Смутное время. Выборную должность земского старосты в Нижнем Новгороде в начале XVII века занимали одновременно два—три человека, пользовавшихся доверием горожан.
Самой важной и трудной функцией для нижегородского земского старосты Минина стал сбор средств на содержание Второго земского ополчения. Порой их приходилось буквально выбивать с угрозами у богатых горожан, когда обращения и просьбы не действовали. Так было в Ярославле, где денежный взнос в ополченческую казну отказывался внести именитый купец Г.Л. Никитников. 6 ноября 1614 года датируется «память» из Разрядного приказа (Устюжская четверть) о выдаче денег стольнику И.И. Плещееву взамен взятых у него ранее К. Мининым на раздачу жалованья ратным людям в Нижнем Новгороде15. Нужны были не только деньги, но и продовольствие, одежда и вооружение, а также фураж для лошадей. Приходилось думать и о том, где размещать ратных людей на ночлег.
По мере расширения масштабов патриотической деятельности Минина должность земского старосты, чьи функции заканчивались за пределами Нижнего Новгорода, уже перестала соответствовать уровню одного из руководителей Второго ополчения. И пришлось участвовавшим в нём дьякам «изобрести» словосочетание «выборный человек», не входившее тогда в перечень чинов Российского государства. С таким обозначением Минин не раз упоминается в актовых документах 1612 года.
В Разрядной книге 1550—1636 гг. под 7120 годом (1611/12) помещена краткая запись: «А в Нижней пришли смольяне и иных городов служилые люди и, советовав с нижегородцы с выборным человеком с Кузьмою с Мининым, выбрали воеводу князя Дмитрея Михайловича Пожарского, и, пришод в Ерославль, собрався с людми, пришли под Москву и стали табором у Орбацких и Чертольских ворот»16. Фактически Минин, выполняя функции казначея, являлся хозяйственным руководителем Второго земского ополчения и созданного затем в Ярославле правительства — «Совета всея земли». Выписка из Нижегородской платёжной книги о неокладных доходах, поступивших для уплаты жалованья воинам ополчения (апрель 1612 г.), начинается с преамбулы: «Да в приходе ж неокладных доходов, которые взяты по приговору князя ВасильяОндреевичаЗвенигородцково, ОндреяОлябьева, да Ивана Ивановича Биркина, да диакаВасильяСемёнова, да выборного человека Кузьмы Минина, да нижегородцких земских старост и всех нижегородцовпосадцких людей ратным людем на жалованье, которые пошли из Нижнего с столником и воеводою с князем Дмитром Михайловичем Пожарским, да с выборным человеком с Кузьмою Мининым для Московского очищенья, у всяких людей, покаместанижегородцкие денежные доходы в сборе будут»17. В конце грамоты, направленной Строгановым от имени ополчения 7 апреля 1612 года из Ярославля в Соль Вычегодскую, приписано: «В выборного человека всею землёю, в Козьмино место Минино князь Дмитрий Пожарский руку приложил»18. Скорее всего, эта запись свидетельствует о неграмотности либо полуграмотности Кузьмы Минина. В более поздней Соборной грамоте высшего российского духовенства (1613), адресованной именитым людям — предпринимателям Строгановым, указывалось, «как царского величества стольник и воевода князь Дмитрей Михайлович Пожарской учал сбираться с ратными людьми идти под Москву, на польских и литовских людей, и вы все православные христиане в те поры ему, да выборному человеку ото всего Московского государства Кузме Минину, деньгами и всякими запасы на ратные люди подмогали и к нему безпрестани присылали, и тем ратных людей против польских и литовских людей воздвигли и охрабрили»19.
ПРИМЕЧАНИЯ
1 См., например: Буганов В.И. «Выборный человек всею землею» Кузьма Минин // Вопросы истории. 1980. № 9. С. 90—102; Перхавко В.Б. Кузьма Минин // Московский журнал. 2000. № 4. С. 10—15; Пудалов Б.М. К биографии Кузьмы Минина // Мининские чтения. Нижний Новгород, 2007. С. 184—195; Козляков В.Н. Герои Смуты. М., 2012. С. 172—188, 329, 330; Эскин Ю.М. Дмитрий Михайлович Пожарский. М., 2013. С. 58—102; Морохин А.В., Кузнецов А.А. Кузьма Минин. Человек и герой в истории и мифологии. М., 2017.
2 Полное собрание русских летописей (ПСРЛ). Т. 34. М., 1978. С. 217.
3 Там же. Т. 14. М., 2000. С. 116; Подвиг Нижегородского ополчения. Т. 1. Нижний Новгород, 2011. С. 516.
4 Н. Новгород в XVII веке: сборник документов.№ 1. Горький, 1961. С. 25; Русская историческая библиотека (РИБ). Т. 17. СПб., 1898. Стб. 225, 245, 246.
5 Хачко А.Ю. Как звали Минина (купчая 1602 г.) // Мининские чтения. Материалы научной конференции. Нижний Новгород, 2003. С. 7—11.
6 Татищев В.Н. Собрание сочинений. Т. VI. М., 1996. С. 356, 357.
7 См.: Садовский А.Я. Одно ли лицо Кузьма Минин и Кузьма Захарьев Минин-Сухорук? Нижний Новгород, 1916.
8 См., например: Яковлев Н.Н., Прищепенко В.Н. Исторические истоки. М., 1989. С. 136; Российский гуманитарный энциклопедический словарь: В 3 т. Т. 2. М., 2002. С. 466;Спицын Е.Ю. Древняя и Средневековая Русь IX—XVII вв.: Полный курс истории для учителей, преподавателей и студентов. Кн. 1. М., 2016. С. 314.
9 Шайдакова М.Я. Нижегородские летописные памятники XVII в. Нижний Новгород, 2006. С. 158; она же. Нижегородский летописец о Нижегородском ополчении 1612 г. // Мининские чтения. 2007. С. 180, 181.
10 Повесть о победах Московского государства. Л., 1982. С. 96—99.
11 Там же. С. 29—31, 34.
12 Там же. С. 29, 30.
13 Клосс Б.М. Избранные труды. Т. 1. М., 1998. С. 480.
14 Сказание Авраамия Палицына. М.; Л., 1955. С. 219.
15 Воскобойникова Н.П. Описание древнейших документов архивов московских приказов XVI — начала XVII века (РГАДА. Ф. 141. Приказные дела старых лет) / Под ред. Н.Ф. Демидовой. Кн. II. М., 1999. С. 13.
16 Разрядная книга 1550—1636 гг. / Сост. Л.Ф. Кузьмина. Т. II. Вып. 2. М., 1976. С. 264.
17 Нижегородские платёжницы 7116 и 7120 гг. М., 1910. С. 151.
18 Кузьма Минин — Дмитрий Пожарский: сборник. М., 1997. С. 216.
19 Акты исторические (АИ). Т. 3. СПб., 1836. № 4. С. 6; Житие архимандрита Троице-Сергиева монастыря Дионисия // Библиотека литературы Древней Руси. Т. 14. СПб., 2006. С. 428.
* Здесь и далее все даты приведены по старому стилю.