V.V. MIKHAILOV – Russian-British military cooperation in the north of Mesopotamia in 1916-1917: plans and their collapse
Ключевые слова: Мосульская операция 1917 г.; Кавказский фронт Первой мировой войны; Месопотамский фронт Первой мировой войны; соглашение Сайкса — Пико; Петроградская конференция стран Антанты 1917 г.; генерал Н.Н. Баратов; генерал Ч. Таунсенд; генерал С. Мод.
Summary: The article explores the military-and-political reasons for the failure of plans for a joint Russian-British Mosul operation against the Ottoman Empire during the First World War.
ИЗ ИСТОРИИ ВОЕННО-ПОЛИТИЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЙ
Михайлов Вадим Викторович — профессор кафедры истории и философии Санкт-Петербургского государственного университета аэрокосмического приборостроения, доктор исторических наук (Санкт-Петербург. E-mail: batukom@mail.ru).
РОССИЙСКО-БРИТАНСКОЕ ВОЕННОЕ СОТРУДНИЧЕСТВО НА СЕВЕРЕ МЕСОПОТАМИИ В 1916—1917 гг.: ПЛАНЫ И ИХ КРАХ
Год 1916 ознаменовался чередой выдающихся побед русской армии на Кавказском фронте. В феврале в ходе Эрзерумской операции была взята хорошо укреплённая турецкая крепость, считавшаяся главной базой 3-й турецкой армии, которая вела боевые действия на Кавказе1. Сообщения о сдаче Эрзерумской крепости и потерях армии в турецкой прессе были запрещены под страхом уголовного наказания2. По воспоминаниям американского посла Генри Моргентау, султан узнал о захвате русскими войсками Эрзерума спустя два месяца, когда сражения перешли в область Эрзинджана, и умалчивать о сдаче крепости стало просто невозможно3.
18 апреля в ходе совместной с Черноморским флотом операции был взят важный турецкий порт на Чёрном море — Трапезунд4. В июле русские войска продвинулись до г. Эрзинджана, захватив город 27 июля вместе с 17 тыс. его турецких защитников5. В ходе успешного отражения августовской Муш-Огнотской операции турецкой армии линия фронта к началу осени стала проходить от селения Тиребол в 70 км западнее Трапезунда через Эрзинджан до персидской границы южнее оз. Ван6. В зоне русской оккупации оказались практически все земли древней Армении, то есть те шесть вилайетов, о необходимости реформ в которых в 1912—1914 гг. велись переговоры России и европейских держав с Османской империей7.
В конце 1915 года британский экспедиционный корпус в Месопотамии начал активные действия по продвижению на север, в направлении Багдада, однако провал Дарданелльской десантной операции и вывод сил Великобритании и французских войск с Галлиполийского полуострова, начавшийся в сентябре 1915 года, позволили туркам усилить войска базировавшейся в Багдаде 6-й армии Халил-паши и его германского советника, знаменитого Гольц-паши — фельдмаршала К. фон дер Гольца.
Вступление Болгарии в войну на стороне Германии и Турции в октябре позволило отвести военную угрозу от турецкой столицы, а военному министру Османской империи Энвер-паше высвободить для действий в Месопотамии дополнительные силы8. Военный совет в Лондоне уже в конце ноября 1915 года получил сведения, что турки могут к январю 1916 года располагать в Месопотамии силами в 600 тыс. человек9. В ноябре 1915 года англичане захватили город Ктезифон, что находился неподалёку от развалин Вавилона, и вошли в г. Кут-эль-Амару, где собирались создать базу для дальнейшего продвижения на север, к Багдаду. Однако турки, нарастив здесь свои войска, начали окружение британских экспедиционных сил.
Английский контингент под началом генерала Ч. Таунсенда был блокирован 7 декабря 1915 года в Кут-эль-Амаре10. Все попытки британцев разорвать блокаду и вывести гарнизон Кута или начать новое наступление на Багдад и Мосул потерпели крах. 29 апреля 1916 года генерал Ч. Таунсенд сдался в плен туркам вместе с 13-тысячным гарнизоном11. Турки же потеряли главного «творца» победы — Гольц-пашу, умершего от холеры.
На фоне решительных побед русской Кавказской армии в сражениях против 3-й турецкой армии, которая в очередной раз была практически перебита в боях зимы 1916 года, и столь же решительных неудач британских сил в Месопотамии, настоятельно требовавших от союзников отвлечения турецких сил на другие участки, командование Кавказского фронта и МИД России усилили нажим в Персии, где активно действовали турецкие и германские эмиссары.
Нейтралитет Персии мало защищал страну от вторжения вооружённых сил участников мировой войны. Помимо русских войск, находившихся в Персии по соглашению с шахом, южную границу Азербайджана постоянно нарушали османские войска, а германский консул в Бушире Г. Васмусс поднял против шахского правительства ряд местных племён12. В итоге на восточной окраине театра военных действий с Турцией был создан англо-русский кордон. Он проходил вдоль всей границы Персии в целях недопущения проникновения вражеских агентов и возмущавшихся ими племён через Афганистан в российскую Среднюю Азию и Британскую Индию13. Создание восточно-персидского кордона в 1915 году, северную часть которого составляли русские войска, а южную — англо-индийские, показало возможность успешного и эффективного союзного взаимодействия России и Англии в Азии14. Казалось, подобное сотрудничество могло стать залогом быстрой победы над Османской империей, поэтому идеи совместной операции в Северной Месопотамии начали активно продвигаться в российских и английских штабах.
В 1915 году в ходе Хамаданской операции силами персидского экспедиционного корпуса генерала Н.Н. Баратова русские войска практически обезопасили границу Персии с Османской империей вплоть до английской зоны «интересов в Персии», предусмотренной соглашением 1907 года. Боевые действия в этом районе ограничивались стычками с курдскими иррегулярными отрядами, издавна промышлявшими разбоями в Северной Персии15. В конце 1915 года ввиду блокады Кута и получения разведкой данных о концентрации значительных турецких сил в районе Мосула16 командование русского Кавказского фронта и британских Месопотамских экспедиционных сил приняло решение о планировании совместных операций на мосульском направлении. Впрочем, планы этой операции, получившей название Мосульской, развивались неспешно, в первую очередь вследствие неудач Великобритании в Нижней Месопотамии.
Российскими военными с персидской территории намечалась крупная совместная операция русско-британских сил в направлении Багдада и Мосула. Начальник штаба Верховного главнокомандования 9 апреля 1916 года телеграфировал наместнику на Кавказе о «желательности установления связи в действиях русских и английских войск и образования общего русско-английского фронта… целью операции должно быть концентрическое наступление на Багдад… Не развивая раньше времени дальнейших предположений, английскому военному агенту, кроме того, было высказано, что дальнейшее наступление из Багдада на Мосул… может внести войну в области Оттоманской империи, откуда турки черпают свои средства для борьбы»17. Можно видеть, что, несмотря на реальные перспективы намеченной операции в деле выведения Турции из войны как военными, так и экономическими мерами, взаимное недоверие союзников мешало им даже планировать общие цели, не говоря уже о средствах для их достижения.
Тем не менее во исполнение этого «столь аккуратно вербализованного» желания Главного штаба были предприняты действия. После сдачи английского гарнизона Кута для прямого соединения с английскими войсками в Нижней Месопотамии из состава персидского экспедиционного корпуса генерала Н.Н. Баратова была направлена казачья сотня под началом сотника В.Д. Гамалия, которая в ходе беспримерного 800-километрового рейда по враждебной территории 19 мая 1916 года подошла к лагерю англичан в Аль-Гарби на берегу Тигра. Однако цель рейда — быстрейшее начало совместных операций против турок — достигнута не была. Англичане торжественно приветствовали казаков, устраивали приёмы и награждали их, однако Гамалий сообщал Баратову, что «англичане хитрят и на связь не идут»18.
Значительную роль в неуспехе союзных действий в Месопотамии в 1916 году сыграло заключение летом секретного англо-французского пакта, названного по имени его подписантов — М. Сайкса и Ж. Пико. Не случайно публикация большевиками в 1918 году этого проекта раздела азиатской Турции вызвала взрыв негодования во всем мире и позволила американскому президенту В. Вильсону перехватить «пальму морального первенства» в решении судеб народов после окончания Первой мировой войны. Более того, делёж этой «шкуры не убитого медведя» проходил в ситуации военных поражений англичан, которые были вынуждены сделать довольно болезненные уступки союзникам, и споры о судьбе «османского наследства» замедляли принятие необходимых военно-тактических решений. Так, по соглашению район Мосула выделялся из турецкого Багдадского вилайета и передавался во французскую зону. Соответственно, Мосул переставал быть привилегированной целью британских операций в Месопотамии19. С другой стороны, этим шагом английские политики как бы развязывали руки для действий в регионе русским войскам. Но командование Кавказской армии рассчитывало на совместные действия не с французами, а с англичанами, и политические манипуляции британцев требовали изменения как стратегических, так и тактических планов.
Для согласования условий присоединения к соглашению России в Санкт-Петербург был направлен тот самый Ж. Пико. Здесь англо-французский проект вызвал удивление — настолько ясно просматривалась цель пакта — создание французской буферной зоны в Месопотамии20, однако после очередного признания российских интересов в зоне Константинополя и проливов, а также включения в российскую зону турецкого Курдистана летом 1916 года секретный пакт был одобрен21.
Турки не замедлили воспользоваться промедлением союзников по Антанте. В июне 1916 года турецкие войска перешли персидскую границу и атаковали части баратовского корпуса в районе Ханекена. Баратов приказал отходить к Керманшаху, но, преследуемый превосходящими силами противника, вынужден был продолжить отступление до Хамадана, где турки были остановлены. В начале июля войска XIII турецкого корпуса снова были посланы в атаку. В ходе боев 10—15 июля войска Баратова нанесли серьёзные потери 25-тысячному турецкому контингенту, однако были вынуждены оставить Хамадан и отойти в район Казвина. Обескровленные турки остановили наступление, и до конца года линия противостояния стабилизировалась22. При этом, несмотря на турецкое наступление, отряд начальника Тегеранского объединения войскового старшины П.К. Беломестнова, высланный на юг для разведки, сумел в начале августа 1916 года нанести поражение крупному курдскому формированию, шедшему на усиление турок, а в конце месяца разведотряд Беломестнова соединился в Исфагане с британскими воинскими частями генерала М. Сайкса, и совместными усилиями они смогли усмирить начавшееся в Персии протурецкое движение23.<…>
Полный вариант статьи читайте в бумажной версии «Военно-исторического журнала» и на сайте Научной электронной библиотеки http:www.elibrary.ru
ПРИМЕЧАНИЯ
1 Михайлов В.В. Разгром турецкой армии и овладение первоклассной крепостью // Воен.-истор. журнал. 2006. № 8. С. 49—53.
2 Он же. О некоторых проблемах изучения статистики потерь турецкой армии в Эрзерумском сражении в январе—феврале 1916 г. // Чтения по военной истории: сборник статей. Тематический сборник международной конференции 19—21 апреля 2007 г. СПб.: Изд-во СПбГУ, 2007. С. 43—48.
3 Morgenthau H. Ambassador Morgenthau’s Story. New York, 1926. Р. 196.
4 Масловский Е.В. Мировая война на Кавказском фронте 1914—1917 г. Париж: Возрождение, 1933. С. 330; Гончаров В. Действия Приморского отряда Кавказской армии. Трапезундская операция // Корсун Н.Г. Кавказский фронт Первой мировой войны. М.: АСТ; Транзиткнига, 2004. С. 665—676.
5 Erickson E.D. Ordered to Die. A History of the Ottoman Army in the First World War. Westport, Connecticut — London: Greenwood Press, 2001. Р. 131.
6 Арутюнян А.О. Кавказский фронт 1914—1917 гг. Ереван: Айастан, 1971. С. 248, 249.
7 Подробнее см.: Сборник дипломатических документов. Реформы в Армении, 26 ноября 1912 года — 10 мая 1914 года. Пг., 1915.
8 Wilson A.T. Loyalties Mesopotamia. V. 1. 1914—1917. From the Outbreak of War to the Death of General Maude. London: Humphrey Milford, 1930. Р. 83.
9 Ibid.
10 Barker A.J. The Bastard War. The Mesopotamian Campaign of 1914—1918. New York: The Dial Press. P. 125.
11 Wilson A.T. Op. cit. V. 1. P. 94.
12 Sykes Ch. Wassmuss, «The German Lawrence». Leipzig, 1937. Р. 61—70.
13 Подробнее см. Михайлов В.В. Российское и английское военное присутствие в Персии в годы Первой мировой войны // Вестник молодых учёных. 2005. № 6. С. 58—66.
14 Он же. Миссия Оскара Нидермайера и создание российско-британского кордона в Восточной Персии в 1915 г. // Федерация. 2008. № 1(44). С. 73, 74.
15 Масловский Е.В. Указ. соч. С. 203.
16 Там же. С. 203, 204.
17 Международные отношения эпохи империализма. Документы из архивов царского и временного правительств. Серия III. 1914—1917 гг. Т. 10. 14 января — 13 апреля 1916 г. М.; Л.: Государственное социально-экономическое издательство, 1938. С. 599—603.
18 См.: Емельянов А.Г. Персидский фронт (1915—1918). Берлин: Гамаюн, 1923. С. 60—68.
19 Wilson A.T. Op.cit. V. 1. P. 153.
20 Kenny N.G. Entente Rivalry in the Near East during the Great War: Anglo-French War Aims from Salonica to Basra, 1914—1918. A Thesis Submitted in Partial Fulfillment of the Requirement for the Degree of Master of Art in the Department of History. Simon Frazer University, April 1999. Р. 50.
21 Фомин А.М. Война с продолжением. Великобритания и Франция в борьбе за «Османское наследство». 1918—1923. М.: Университет Дмитрия Пожарского, 2010. С. 51—53.
22 Масловский Е.Ф. Указ. соч. С. 227, 228.
23 Стрелянов (Калабухов) П.Н. Казаки в Персии. С. 157—159.