Аннотация. В статье описан один из наиболее трагических эпизодов в истории пребывания Jграниченного контингента cоветских войск и ведения им боевых действий в Республике Афганистан, а также поставлены вопросы, на которые до сих пор нет однозначных ответов.
Summary. The article describes one of the most tragic episodes in the history of the Limited Contingent of the Soviet Troops and the its combat actions in the Republic of Afghanistan, as well as the questions, which have no definite answers so far.
ГЕРОИ И ПОДВИГИ
БЕЗУГЛЫЙ Владимир Васильевич — старший преподаватель кафедры материально-технического обеспечения войск ПВО Сухопутных войск Военной академии войсковой противовоздушной обороны ВС РФ, полковник в отставке, доцент
(г. Смоленск. E-mail: vladimir.bezugly@yandex.ru)
БЕЛЫЕ ПЯТНА АФГАНСКОЙ ВОЙНЫ
Трагическая гибель 1 мсб 682 мсп 108 Невельской мсд ОКСВА в оборонительном бою против войск Ахмад-Шаха Масуда в ущелье Хазара 30 апреля 1984 года
Весной 1984 года перед подразделениями 682-го мотострелкового полка 108-й мотострелковой дивизии была поставлена боевая задача по ликвидации вооружённых банд душманов (групп моджахедов), подчинённых полевому командиру так называемого Исламского общества Афганистана Ахмад-Шаху Масуду, а также по захвату складов вооружения и боеприпасов на горном участке вдоль Хазарского ущелья (примыкающего к Панджшерскому).
При совершении марша в заданный район 1-й батальон полка попал в хорошо организованную засаду превосходивших сил душманов и, находясь в окружении, принял неравный бой.
Накануне этого трагического события советские и афганские войска проводили в Панджшерском ущелье одну из крупнейших операций за всю войну, руководство которой осуществлял первый заместитель министра обороны СССР Маршал Советского Союза С.Л. Соколов. К участию в ней привлекались в общей сложности 33 батальона1. После того как основные силы противника были вытеснены из Панджшерского ущелья, советские войска начали прочёсывать прилегающие районы.
30 апреля 1-й батальон 682-го мотострелкового полка 108-й мотострелковой дивизии (командир батальона — капитан Александр Фёдорович Королёв) возвращался к месту расположения полка после выполнения задачи, но внезапно был направлен на прочёсывание долины реки в ущелье Хазара.
Когда батальон подошёл ко входу в ущелье, командир полка подполковник П.Р. Суман приказал одному из подразделений батальона занять господствующие высоты, но этот приказ был отменён командиром дивизии генерал-майором В.Д. Логвиновым, который распорядился в целях сокращения времени продвигаться по ущелью без занятия высот. Подполковник П.Р. Суман попытался оспорить такое распоряжение, за что был отстранён от дальнейшего руководства батальоном (из показаний начальника связи полка Ю. Васюкова в ходе судебного разбирательства). Командир дивизии В.Д. Логвинов пообещал обеспечить прикрытие батальона вертолётами Ми-24.
Утром 30 апреля 1 мсб (без одной роты), сняв прикрытие с господствующих высот, двумя колоннами, не имея воздушного прикрытия, начал продвижение по ущелью. Обещанные Ми-24 по каким-то причинам не появились.
Перед полуднем в районе кишлака Сах (координаты: 35о18'50" с.ш. и 69о38'20" в.д.) батальон вступил в неравный бой с превосходившими силами противника, занявшего выгодные позиции на высотах, и начал нести тяжёлые потери.
В район была послана пара Ми-8мт капитана Ю.Н. Солодкого с представителями полка и радиостанцией. Авианаводчик, приданный батальону А.Ф. Королёва, запретил посадку из соображений безопасности. Лишь попросил ускорить продвижение «брони», которая под руководством заместителя командира батальона по вооружению майора М.М. Кононенко двигалась на помощь, но приблизиться непосредственно к району боевых действий не смогла и, потеряв 2 БМП-2Д на минных полях, была вынуждена остановиться.
Разведрота полка под командованием капитана В.И. Гринчака из-за значительного удаления пробилась к месту боя лишь к вечеру и повлиять на его исход, к сожалению, уже не смогла.
Когда через 1,5 часа пара вертолётов пришла повторно, авианаводчик уже не отвечал — был убит.
В 12 часов 30 апреля командир полка поставил начальнику штаба подполковнику В.В. Коневу и начальнику бронетанковой службы капитану В.В. Безуглому задачу выдвинуться в Хазарское ущелье, в район кишлака Сах, с целью организации вывода из-под огня душманов личного состава батальона, попавшего в засаду, и эвакуации повреждённой техники (двух БМП-2Д). Бронегруппа под руководством указанных офицеров в составе 12 солдат на танке Т-62 и двух тягачах БТС-4 в 12 часов 30 минут начала выполнение поставленной задачи. К 14 часам, достигнув северной окраины кишлака Малима (близ кишлака Сах), бронегруппа попала на минное поле и, потеряв танк и один тягач, вынуждена была прекратить дальнейшее движение. Подполковник В.В. Конев принял решение пробиваться далее к батальону в пешем порядке. Начальник бронетанковой службы с оставшимися четырьмя ремонтниками принялся за восстановление подорвавшейся на минах техники. После частичного её восстановления в течение вечера и последующих суток 1 и 2 мая проходила эвакуация погибших и раненых.
К исходу дня 30 апреля, когда противник в результате самоотверженных действий мотострелков в обороне понёс ощутимые потери, прервал огневой контакт и отошёл, наш батальон уже полностью утратил боеспособность.
Точные потери батальона в ущелье Хазара неизвестны. По разным оценкам, в бою погибли от 57 до 87 советских военнослужащих, включая командира батальона капитана А.Ф. Королёва. Погибли также сотрудник особого отдела КГБ, авиационный наводчик от управления ВВС. Это были самые большие потери среди подразделений Советской армии в одном бою за всю войну. Генерал-полковник В.А. Меримский, бывший на тот момент заместителем начальника Оперативной группы Министерства обороны СССР в Афганистане, в своих мемуарах отмечал: «За всё время моего пребывания в Афганистане я никогда не встречал батальона, который понёс бы такие потери в результате одного боя». Там же он возложил вину за произошедшее на подполковника П.Р. Сумана2.
По итогам боя в ущелье Хазара подполковник П.Р. Суман был понижен в должности и переведён в Белоруссию (где и проживает в настоящее время). Генерал-майор В.Д. Логвинов был снят с должности командира дивизии. Судебный процесс над подполковником П.Р. Суманом и генерал-майором В.Д. Логвиновым проходил в Ташкенте в военном суде Туркестанского военного округа. Обвинения с П.Р. Сумана были сняты по показанию начальника связи 682 мсп майора Ю. Васюкова, подтвердившего факт передачи устного приказа командира дивизии о незанятии высот.
На украинском телеканале «Рада» был показан фильм об этом бое с воспоминаниями его участников. В частности, был показан афганец, который рассказал, что участвовал в этой засаде и что моджахеды потеряли убитыми около 25 человек, в том числе и своего полевого командира. Однако он «скромно» умолчал о потерях среди участвовавших в том бою на стороне моджахедов иностранных наёмников.
На мой взгляд, одной из главных причин трагедии 1-го батальона 682 мсп следует считать грубое нарушение пунктов Боевого устава, запрещавшего выдвижение войск без выставления боковых дозоров. Боковые дозоры, продвигавшиеся по высотам, исключили бы вероятность внезапного нападения противника. Ещё одной, не менее важной, причиной гибели батальона был недостаточный боевой опыт личного состава полка. 682 мсп был создан путём переформирования 285-го танкового полка (285 тп) той же 108 мсд, дислоцированного в Баграме. Поводом для столь серьёзного шага стала необходимость ввести дополнительный мотострелковый полк в Панджшерское ущелье с целью его частичного контроля. Вместе с тем была очевидной нерациональность дислокации танкового полка на участке ответственности 108 мсд (танковые батальоны использовались в основном для прикрытия от обстрелов со стороны «зелёной зоны» колонн, следовавших по дороге Чарикар — Кабул). Ввод же дополнительного мотострелкового полка с территории СССР неблагоприятно отразился бы на политической обстановке (и так тяжёлой) вокруг присутствия советских войск в Афганистане.
Все организационные мероприятия по комплектованию и развёртыванию до штатов военного времени трёх мотострелковых батальонов 682 мсп, в том числе доукомплектование боевой техникой БМП-2Д двух батальонов и одного батальона на БТР-70, состоялись в учебном центре Термезской дивизии (г. Термез Узбекской ССР) в очень сжатые сроки. Затем данные батальоны без сформированного штаба, управления полка, тыла и приданных подразделений были введены в ДРА.
В несколько лучшем положении находился 285-й танковый полк 108 мсд. На март 1984 года он имел в своём составе управление полка, 2-й и 3-й танковые батальоны. Подразделения 1-го танкового батальона при вводе 285 тп в декабре 1979 года в ДРА были переданы в «Афганский Файзабад» для охраны аэродрома и других важных объектов. Фактически полк состоял из двух танковых батальонов (вместо трёх по штату), артиллерийского дивизиона, зенитной ракетной батареи, разведроты и других подразделений согласно штату того времени. На момент ввода трёх батальонов (1-го и 2-го на БМП-2Д и 3-го на БТР-70) 682-го мотострелкового полка 285-й танковый полк находился в пункте постоянной дислокации (г. Баграм, Афганистан) и занимался боевой деятельностью. В проведении вышеописанной операции полк не был задействован. А ведь уже тогда полковая разведрота капитана В.И. Гринчака приобрела достаточный боевой опыт и имела значительные успехи в ведении боевых действий в качестве самостоятельных групп.
В итоге подобной «военно-организационной рокировки» количество полков в 40-й армии осталось тем же, но количество личного состава увеличилось, так как мотострелковый полк по численности в два с половиной раза превышал танковый полк и мог решать более широкий круг боевых задач.
В феврале 1984 года из Афганистана в г. Термез Узбекской ССР были командированы представители дислоцированного в Баграме 285 тп (в том числе и автор статьи) и управления 108 мсд с целью формирования мотострелкового полка. Таким образом, в Термезе в течение февраля—марта 1984 года началось и завершилось переформирование 285 тп в 682 мсп.
В состав нового полка от 285 тп вошли подразделения боевого и тылового обеспечения, артиллерийский дивизион и один танковый батальон.
Одна танковая рота 285 тп вошла в состав 345-го отдельного парашютно-десантного полка, дислоцированного в районе авиабазы Баграм.
Основной боевой костяк вновь созданного 682 мсп составили три мотострелковых батальона 365-го гвардейского мотострелкового полка 4 гв. мсд. Мотострелковые батальоны были укомплектованы военнослужащими (150 офицеров и прапорщиков, 1500 солдат), не имевшими опыта боевых действий на территории Афганистана. Полное переформирование 682 мсп закончилось в н.п. Баграм (авиабаза), в бывшем военном городке 285 тп, 23 марта 1984 года. Так был сформирован 682-й Уманьско-Варшавский Краснознамённый ордена Кутузова мотострелковый полк. Его передислокация в н.п. Руха произошла в ходе очередной, седьмой по счёту Панджшерской операции к 26 апреля 1984 года.
Один месяц по военным меркам — срок совершенно недостаточный для боевого слаживания подразделений и полной адаптации военнослужащих к условиям горной местности. Причина, по которой руководство 40-й армии решилось на передислокацию на столь опасный с военной точки зрения участок, как Панджшерское ущелье, именно вновь сформированного 682 мсп, личный состав которого не имел достаточного боевого опыта, не поддаётся никакому объяснению.
Принятие командованием 40-й армии наиболее логически правильного решения (по мнению ветеранов дивизии) об отправке в н.п. Руха 177-го мотострелкового полка той же 108 мсд, дислоцированного ближе всех к Панджшерскому ущелью, в населённом пункте Джабаль-Уссарадж, так и не состоялось. В отличие от 682 мсп 177 мсп на тот момент активно участвовал во всех панджшерских операциях на протяжении четырёх лет.
Более трёх десятилетий прошло с того трагического дня, когда геройски погибли личный состав батальона и прикомандированные к нему офицеры, но с каждым годом не убывает количество не раскрытых до сих пор белых пятен.
30 апреля 2008 года в г. Балабаново Калужской обл. на средства оставшихся в живых солдат и офицеров 1 мсб на месте захоронения их командира капитана А.Ф. Королёва был установлен памятник. Это славный пример продолжения лучших традиций русского воинства. Ежегодно 30 апреля со всех уголков России и бывшего Советского Союза сюда приезжают уцелевшие ветераны погибшего батальона и участники тех событий. Встречаются, вспоминают.
До сих пор нам не дают покоя многие вопросы. Почему в этом ущелье оказался батальон? Кто всё-таки дал команду спустить с вершин прикрытие? Какова была роль в этой операции приданного батальону А.Ф. Королёва афганского батальона? Кто и как организовывал их взаимодействие? Каковы участие афганского подразделения в этом бою и его последующая судьба?
К сожалению, участников этих событий в силу различных причин сейчас трудно собрать вместе. Так, например, начальник штаба полка подполковник В.В. Конев, участвовавший во всех боевых операциях того периода, в настоящее время проживающий в Оренбурге, наверное, мог бы на многие вопросы дать ответ, но по состоянию здоровья не имеет возможности встретиться.
Тема трагической гибели наших военнослужащих в Хазарском ущелье долгое время была будто специально окутана тайной. Надо отдать должное журналистам и, в частности, телеведущему военной программы Александру Сладкову, которые много сил и энергии отдали детальному изучению событий более чем тридцатилетней давности3. Несколько раз корреспонденты беседовали с ветеранами афганских событий (В.В. Александровым, Н.Н. Князевым и др.), побывали на месте боя, встречались с очевидцами и даже с непосредственными участниками той засады — моджахедами. Но, к сожалению, каждый раз вопросов становится всё больше. И только в одном мы уверены: наши ребята не дрогнули, не отступили, а проявили чудеса героизма и стойкости, выполнили ценой своей жизни поставленную им, непонятную до сих пор боевую задачу.
ПРИМЕЧАНИЯ
1 Меримский В.А. Загадки афганской войны. М.: Вече, 2006. С. 295.
2 Там же.
3 Сладков А. Трагедия одного батальона // «Вести недели». 2008. 15 февраля.